|
Первую неделю он молчал. Сидел поиск людей по номеру телефона в казахстане , на в ступеньке, и молчал. Как потом оказалось, он молчал несколько лет, с тех пор как вернулся из Алжира, так что неделя не имела принципиального значения. Его же собственными глазами. Это существенно облегчило дело. Тонкий номер над ухом больше не пугает меня. Линн людей слова, как пули, я вижу разрезающие воздух слепящие точки, но их свист не пугает меня, Линн обязательно промахнется. Каким вы его увидели? А потом алжирцы взяли его в плен и долго потешались над тем, что по французишко напустил в штаны. Показательная людей парочки феллахов, сочувствующих оккупантам, третьим вполне по оказаться он сам. Было отчего замолчать на несколько лет, тут и на всю жизнь замолчишь, слишком уж силен привкус остатков крайней плоти, кляпом заткнутых в рот. Да и любовником оказался неважным. Жаль, что все так быстро закончилось. Удивительно, романы Линн всегда скоротечны и всегда заканчиваются бесславной гибелью, как чахотка до изобретения пенициллина. Может, в этом и состоит их главная прелесть, кто знает. С точки зрения морали, разумеется.
Я даже ездила к телефона пыталась добиться свидания, вот только он отказался. человека не хотел видеть. Он постоянно чистил ногти зубочистками, за день мог извести целую пачку. Я была единственной, кого это не раздражало. Молодая Линн, судя по всему, была идеальной девушкой. И, кстати, ты не хотел бы увидеть меня в постели с подружкой? Женщины всегда становятся умнее в отсутствие мужчин, с Линн так и произошло, ей больше не нужно думать о зубочистках. Таким же дурным привычкам, как и сама война, от таких привычек хрен отвяжешься. Я боялась его привычек, а его я жалела. От крови, от песка, от галетных крошек, гнилого сукна и верблюжьего волоса: от всего, что напоминало ему об Алжире. Там до фига чего можно было раскопать, если уж ты взялся за зубочистку. До фига, включая дурацкие любовные песенки Франсуаз Арди И много других дурацких песенок, которыми так и кишат солдатские головы, но прямоволосая милашка Франсуаз здесь вне конкуренции. Или в ненависти к ней. Что еще можно испытывать к стране, которая предлагает тебе самый немудреный выбор из всех казахстане немудреных: убивать или быть убитым. Ты бы хотел завести Лабрадора, но вынужден убивать или быть убитым. Ты бы хотел жениться на племяннице бакалейщика, но вынужден убивать или быть убитым. Ты бы хотел угнать мотороллер, но вынужден убивать или быть убитым. За сотни километров от Лабрадора, мотороллера и племянницы бакалейщика. Вот кто закончил эту войну. Налейте мне вина, умница. Вас ведь не затруднит? Когда она успела выпустить из рук бокал?. Конечно же нет, Линн. Чтобы ровно через секунду ощутить его холод. Холод явно живой, должно быть, таким парализующим живым холодом веяло бы от брюха кобры или речной гадюки, лишь теперь детская мечта о дружбе со змеями оказалась похороненной окончательно, лучше уж дружить с Линн, только она способна вывести меня отсюда.
|
Мобильный поиск местоположения
